клуб Winner
клуб Winner
Один за всех, один против всех
Бизнесмены рассказали, что такое ответственность в 2019 году
Изменение правил игры в российской экономике и правоприменении заставило предпринимателей в 2019 году почувствовать себя как в 1990х. Бизнес – жесткий спорт, цена ошибки высока, отвечать нужно за себя, команду, прошлых и будущих контрагентов, говорили они на дискуссии в клубе Winner РБК Петербург, посвященной персональной ответственности собственников и топ-менеджеров компаний. Фактор персональных рисков повлиял на управленческие решения, принимаемые в текущем году бизнесменами в отношении как внешней, так и внутренней среды компаний.
Без вуали на четырех стульях
«Корпоративная вуаль проткнута» - об этом российские юристы говорили еще несколько лет назад. Сейчас же можно констатировать, что от нее почти ничего не осталось. Даже при выплате банального корпоративного кредита стало обычной практикой требовать личные гарантии первых лиц бизнеса. Более того, теперь предпринимателя призывают к ответу за третьих лиц, аффилированных с компанией или просто эпизодически работавшей с ней.
Бизнесмен чувствует на себе внимание государства постоянно, подтвердил сооснователь и генеральный директор компании «МТЛ. Управление недвижимостью» Николай Антонов: «У меня есть несколько примеров, когда мы вступали во владение в тех или иных компаниях, и сразу видели внимание к этим компаниям со стороны контролирующих органов, которые старались «вычислить» бенефициаров».
Николай Антонов, «МТЛ. Управление недвижимостью»​
Николай Антонов («МТЛ. Управление недвижимостью»)
Самым очевидным следствием такой ситуации стало разделение собственников бизнеса на две группы: одни продают активы и уходят от дел, другие возвращаются к активному ежедневному управлению фирмой – модель, при которой владелец отдыхает на Канарах и только время от времени наведывается на предприятие, уже не работает, констатируют участники разговора.
«В своих компаниях я вынужден быть и менеджером, и акционером, - рассказывает Николай Антонов, - потому что мне приходится самому «докручивать» разные ситуации и проблемы; сижу фактически на 4 стульях».
Маятник качнулся
Предприниматели по-разному оценили причины «закручивания гаек».

«Ужесточение личной ответственности собственников последовало за периодом «дикого» капитализма в России, который привел к тому, что и контролирующие органы, и сами предприниматели были вынуждены искать дополнительные инструменты по обеспечению своих гарантий» - убежден управляющий партнер Maxima Legal Максим Аврашков.
Максим Аврашков, Maxima Legal​
Максим Аврашков (Maxima Legal)
Такая ситуация отчасти спровоцирована государством, которое должно формировать условия для комфортного ведения бизнеса, но в полной мере эти функции не выполняет. Но соавтор новых правил игры – бизнес, массово, с использованием всех возможных правовых уловок, уклонявшийся от выполнения своих обязательств, пояснил Максим Аврашков. Признавая факт «определенных перекосов», он считает тем не менее, что расширение персональной ответственности собственников – требование времени, связанное с повальной безответственностью бизнесменов в предшествующие периоды.
По словам Максима Аврашкова, законодательство о банкротстве сейчас позволяет привлекать к ответственности не только лиц, формально представляющих органы управления, но и любых других лиц, которые так или иначе могут влиять на деятельность компании. Раньше единственной возможностью привлечь третье лицо было уголовное преследование. Сегодня законодатель дал возможность гражданско-правовыми механизмами воздействовать на людей, фактически контролирующих компании. «В этом смысле судебная практика уже формируется. Число привлеченных по субсидиарной ответственности лиц растет каждый год на 30%. Уже есть кейсы, когда к ответственности привлекают формально никак не причастных к компании лиц», - говорит эксперт.
«Мне кажется, что путь в сторону персональной ответственности бизнеса в России был неизбежен. Мы его должны пройти, сформировав новую культуру поведения, в которой предприниматели уважают финансовые интересы всех своих контрагентов. И тогда правовые нормы, очевидно, будут смягчаться», - заключает Максим Аврашков.

Повышенный уровень ответственности в целом позитивно скажется на бизнесе в стране – он станет надежнее, считает юрист.
Айфоны в микроволновках и охота на врачей
Есть другое мнение: правовые ужесточения происходят в интересах отдельных лиц или компаний и в принципе не направлены на позитивные эффекты для экономики.
Управляющий партнер сети магазинов «220 Вольт» Алексей Фёдоров рассказывает, что существуют бизнес-объединения, которые лоббируют в государственных органах нужные им законы. Например, в законопроектах о франчайзинге появилась норма: франчайзер несет субсидиарную ответственность за своих франчайзи. «То есть если я продам франшизу Ивану Иванову, и он кого-то обманет, то нести ответственность вместе с ним или за него буду я. Мы с этим, например, не совсем согласны, так как партнер покупает бизнес-модель, но является владельцем своего бизнеса, со своими правами и обязанностями», - привел пример Алексей Федоров.
Алексей Фёдоров, «220 Вольт»
Алексей Фёдоров («220 Вольт»)
Злоупотребления в сфере торговли также совершаются клиентами, продолжил Федоров. В некоторых городах существуют группы юристов, которые помогают потребителям получать с ритейлеров большие суммы посредством преднамеренной порчи купленного товара, а также используя существующие «лазейки» в законодательстве. «Особенно это актуально в секторе бытовой техники и электроники – покупается, условно, айфон, кладется в микроволновку, сгорает. А дальше к компаниям-продавцам предъявляются иски. В DIY мы тоже сталкиваемся с различными проявлениями потребительского экстремизма», - поясняет бизнесмен.
Медицинскую организацию могут проверить более 30 инстанций, такие «обострения» случаются чаще всего в конце года, продолжает тему сооснователь и главный врач сети клиник «ГрандМед» Вадим Брагилев. Причем большая часть проверок обусловлена т.н. потребительским экстремизмом – необоснованными жалобами со стороны клиентов. Персональная профессиональная ответственность врачей – тема, чувствительная для медицинского сообщества во всем мире, но если в западных странах создана система правовой защиты медицинских специалистов, то в России пока цельной структуры защиты нет, и это проблема.
Вадим Брагилев, «ГрандМед»
Вадим Брагилев («ГрандМед»)
«Более двадцати лет назад мы сотрудничали с американскими специалистами. Они сказали, что мы в России стоим у истоков коммерческой медицины, в рамках которой нужно будет до 40% выручки направлять на обеспечение правовой безопасности деятельности, - рассказывает Вадим Брагилев. - И действительно, сейчас мы платим адвокатам для защиты от необоснованных претензий и расширяем внутренние юридические департаменты, потому что те прогнозы начали сбываться – против российских медучреждений выигрываются иски на десятки миллионов рублей. Но это чрезмерная нагрузка на медицинский бизнес, сокращающая наши инвестиции в содержательную часть деятельности».
Развивать или страховаться
Правовая ситуация резко повысила актуальность темы управления командой. Собственник ответит за ошибки или недобросовестность своих сотрудников большими деньгами, а то и свободой – может ли он в таком случае делегировать полномочия?
«Есть несколько вариантов распределения ответственности в компании, - рассуждает заместитель директора головного отделения Сбербанка по Санкт-Петербургу Андрей Горбунов. - Тот, что кажется наиболее очевидным в ситуации высоких рисков – это система кругового контроля, когда каждый линейный сотрудник следит за соседом, средний уровень менеджмента следит за подчиненными, руководители подразделений следят за смежниками, и так далее. Такая модель вроде бы помогает «не пропустить удар», но её сложно назвать эффективной с точки зрения развития бизнеса». Как он поясняет, «если мы зажимаем себя рамками, они не дают нам смотреть вперед – жесткий контроль за командой хорош не при стратегии развития, а при стратегии удержания позиций».
Андрей Горбунов, Сбербанк
Андрей Горбунов (головное отделение Сбербанка по Санкт-Петербургу)
По мнению Горбунова, чем сложнее вызовы, тем, наоборот, больше решений стоит делегировать сотрудникам. «Должна быть в первую очередь ответственность за результат, а не за процесс и возможные ошибки: например, если команда офиса решила непростые задачи, клиенты остались довольны и есть желаемый результат, то не имеют значения недочеты на промежуточных этапах, - считает он. – Результат стимулирует команду лучше любого контроля и логично предоставлять ей еще большую свободу принятия решений при реализации следующих проектов».
«Можно, защищаясь от рисков, возводить очень толстые стены, через которые никакие изменения не проникнут, - приводит альтернативы основатель компании «ЦКБ42» Сергей Федоринов. - А можно развивать гибкость компании по отношению к текущей ситуации на рынке». В компании «Юлмарт» однажды случился форс-мажор – таможенные органы заблокировали работу одного из крупнейших в сети пунктов выдачи товаров, приводит пример Федоринов. Команда компании, которую он в тот момент возглавлял, приняла креативное решение – через пиар-службу представила инцидент так: ««Юлмарт» совместно с ФТС открыл внутри города пункт внетаможенной продажи товаров с целью дополнительной проверки своих поставщиков».
Сергей Федоринов, «ЦКБ42»
Сергей Федоринов («ЦКБ42»)
«Собственники компании в ситуацию не вмешивались, - дополняет Сергей Федоринов. – Инцидент был полностью исчерпан без материальных потерь для компании и с репутационным выигрышем. И я уверен, что компания, в которой все более или менее ответственные эпизоды акционеры «разруливают» лично, к такого рода эффективным ходам в принципе не способна». «Для меня ответственность – это прямой синоним вовлеченности сотрудника, будь то линейный специалист или топ-менеджер, в цели компании, - дополнил он. – Если руководитель смог мотивировать команду к тому, чтобы она увлеченно и последовательно делала общее дело, то он тем самым обеспечил ее ответственность. Жестким контролем, иллюстрирующем недоверие собственника к персоналу, эту задачу решить невозможно».
Еще один способ защиты собственников от рисков, связанных с расширением зоны персональной ответственности – цифровизация бизнеса, считает совладелица ТАЙГА Hostel&Hotel, руководитель регионального отделения по Санкт-Петербургу НП "Лига хостелов" Алена Енова. «Объединяя малые средства размещения со всей страны, мы видим, что цена ошибки в туристическом бизнесе бывает очень высокой – так, штрафы со стороны Федеральной миграционной службы за пробелы в учете нескольких туристов вполне могут разорить небольшую гостиницу, - отмечает она. – Но контролировать вручную каждого сотрудника собственники, загруженные разноплановыми задачами, тоже не могут. Системы автоматизации, которые мы внедряем в интересах нашего сообщества, помогают предотвращать ошибки, сохраняя свободу действий людей в турбизнесе».
Алена Енова, ТАЙГА Hostel&Hotel
Алена Енова (ТАЙГА Hostel&Hotel)
Возвращаясь к началу дискуссии, ее участники отметили, что в данный момент бизнес в России – занятие не только для смелых, но и подкованных в управлении командой, и способных находить талантливых топ-менеджеров, собственников. Заменить регулярный менеджмент ручным рулением не получится – это, скорее всего, остановит развитие компании, которое и без того непросто обеспечить. Замедление в развитии, в свою очередь, сделает фирму уязвимой для правовых угроз – чтобы быть исправным плательщиком и обеспечивать юридическую защиту, нужны достойные доходы. Вернуться с Канар в офис, таким образом, недостаточно.
Партнерами встречи выступили Сбербанк и ГК «ГрандМед». Винную карту вечера обеспечила компания «Ладога».